Как будто не сказала номер поезда и время прибытия, не уточнила даже поезд ли это будет и вообще откуда приедешь. Ляжешь ли сразу спать или задумчиво встанешь у окна. Идти тебе за крепким кофе или заваривать пакетированный чай. Или сбросив с плеча знакомую по прошлому разу сумку, возьмешь за руку и уведешь из дома. Загадаешь молчать или потребуешь задыхаясь шариковой ручкой на тетрадных листах, писать.

Я не знаю. И ты еще не знаешь, что изменилось. И жадно начнешь понимать, что с этим делать, а точнее, что делать со мной, таким. Как с велосипедом, который переделал пока тебя не было сосед, но он все равно остался твой. И надо время привыкнуть.

Насколько ревнивой будешь в этот раз. Над чьим номером телефона будешь молчать и  у какой стены накроешь вечером. Приготовить ли спички или твоя любимая лампа заменит все свечи.

Все узнаю в феврале. Когда ты придешь.  А это просто 9-е письмо тебе. Депрессия…

Январь молчит тобой. Не состоявшимся пикником в коридоре, где ты сидишь прислонившись спиной к стене. Не выкупленными на целый ряд билетами в кино, чтобы быть только с тобой, но не в пустом кинотеатре. Не прогулкой в валенках по сельской части райцентра, где трубами печей  выпускают на улицу запах детства. Не застольем с семьей ананасов, которым мы могли бы накрыть стол, потому что они в гостях в холодной Сибири и мы решили показать им свое гостеприимство. Январь с не.