Лето всегда было ожидаемым. Похожим в общем, но таким другим, в частностях. В этом году оказалось с осторожной не социальной дистанцией и неопределенностью преждевременной оценки в итоге, каким ему быть , когда оно пришло. С залысиной в первые 10 дней июня и реальной, из окна столовой.

Эта зима была экскурсией в «могло быть». И я попытался повернуть время. Внутри себя. Забыв ,что когда то весенним мартом в свое 40-летие решил, что все таки выбрал Винтерфел. Первые 10 дней начала лета как пенни, ограничения в подвижности как испытательный срок и шрам как памятка. Про эту весну. Про эту попытку.

Где-то зимой оставил себя для тебя. А потом ты ушла и забыла меня вернуть.

Начало лета пирсом весны. Весны, где мелом с неприятным скрипом ногтей-перемен на доске с ошибками планы. И май попросил оставить после уроков для работы над ошибками первого лета. И июнь ждет, сомкнув передо мной дни-ладони в замок и не отпускает, но требует, чтобы я отпустил. И я отпускаю, притворяясь, что все понял.

К весне претензий нет. Есть вопросы по поводу 3 больничных, 20 швов, 1,5 месяцев заточения, отказа от чтения и марафона сериалов, обострений внутри и снаружи, потерянных возможностях и возможных, но не случившихся, событий в жизни. И к тому, что начало лета бурым пятном сквозь слой бинтов. Как много еще предстоит осознать…