Десертами книги, сериалы, YouTube, документалки, музыка, пробежки, утренние разминки, завтраки и обеды, ужины и их отсутствие, работы онлайн и проталины рабочего офлайна, размышления про вчера и завтра, сон и сон дневной, уборки и лежание на диване, встречи и разговоры, сомнения и преодоление, походы в магазин, поливка цветов, новые знания, любовь, открытия и недоразумения, заметки и переписки, удивления и убеждения, ошибки и переосмысления, звонки и визиты, переводы и поводы для улыбок.

Сел за клавиатуру и раздарил всем месяцам части тела. Благо не свои, поэтому такие манящие, прекрасные и любимые до сих пор…

Спина принадлежит январю. Спустя годы не стирается в голове образ спины, открытой на мгновения необходимостью спрятать ее в красную пижаму.

У февраля рука, которая преодолела года, чтобы смело коснуться  небритой щеки в проходе, срывая до бесстыдства с меня осторожность, здравый смысл, правила и нормы.

Марту отдал плечи. Те самые, что как рамкой обрамлялись лямками белой майки. Их сжимал я лишь раз, не понимая границ возможного-невозможного.

Рот, именно рот, а не губы, такой же как у девочки из культового фильма детства – апрелю. Апрелю, когда было важно насмотреться, но все, что было, воображение, которое подпитывал голос из трубки телефона-автомата.

У мая самые красивые ключицы. Смело открытые на фотографии. Которые были упущены по глупости и крайней осторожности. Вызванной той самой глупостью.

Июнь без спроса забрал колени. Те, в автобусе, на которые не хватило подола короткого платья и я оказался тем самым стражником и гарантом, что не так стыдно.

Июлю пальцы. Которые перебирал в своих ладонях как четки простого счастья.

Голубые глаза отданы сентябрю. Их хватило с лихвой на месяц, чтобы заслонить всю красоту той осени.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………….

……………………………………………………………………………………………………………………………………………….

………………………………………………………………………………………………………………………………………………

………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Происходящее с миром иглами вырубленного боярышника вызывает гримасу неудовольствия. Прошлое как знакомый смотритель очень важного музея впускает после закрытия. И в каждом зале, после замирания у экспонатов и ветрин, я сажусь на пол, скрещиваю ли ноги или наклоняюсь на стену, и закрываю глаза. Чтобы улыбаться. Позволяю считать себя счастливым на основании эпизодов, поступков, слов…Принимаю усталость дня сегодняшнего, десятилетия или всей сознательной жизни. Иногда кажется,что где то всхлипывают за портьерой упущенные возможности. Но уверяю себя, что кажется. Ведь я уже позволил считать себя счастливым….

Будущее аргументами доносится новостным ветром. Реальность-прищепка прижала к бельевой веревке вытканное настоящее, которое колышется под порывами и по факту просто просыхает от пролитых по планам слез.
Сохраняя дистанцию с расписанием на завтра, с режимом, с новыми знакомствами, случайными влюбленностями и не случайными прикосновениями, начал жить май, доживать весну. Хожу каждый день на сайты новостей как на биржу труда, чтобы узнать про свое завтра.
Шоры сорваны, но правила игры не изменились. Их просто не стало. Это возможность перестать бежать слепой лошадью, запряженной в чужую колесницу. Возможность, которую не так просто взять в руки. Потому что привык к копытам….

Май обложкой вверх. Вот она — главная обложка весны, без понимания содержания. Рисунок иллюзорно размыт и неразборчивы авторы содержания. Ценник счастливого будущего спрятан за заводскую наклейку с штрих-кодом, который не знаешь как прочитать. Лето рядом с маем лежит на животе и болтает ногами как набоковская Лолита. Это будет та еще история….